За 2025 год в арбитражные суды поступило более 5000 заявлений о привлечении контролирующих лиц к ответственности, суды удовлетворили 54,4% из них, а общая сумма взыскания более 530 млрд рублей.
Годом ранее эта цифра была 331 млрд.
Для директора и собственника вопрос о личных активах встаёт не в момент подачи иска, а намного раньше. Переоформление квартиры на супругу, брачный договор, подарок детям, закрытая в спешке компания: всё это суд оценивает уже глазами кредитора, и оценивает задним числом. Позиции высших судов за последний год заметно изменились.
В декабре 2025 года Пленум Верховного Суда существенно переработал Постановление № 53, а 19 ноября 2025 года Президиум ВС утвердил обзор практики по ответственности за недействующие компании.
Ниже разобраны действующие подходы Верховного Суда: за что привлекают, как суды смотрят на супругов, родственников и брачные договоры, и какие способы защиты остаются законными.
Субсидиарная ответственность в банкротстве регулируется главой III.2 Закона о банкротстве. Контролирующим считается лицо, которое в течение трёх лет до появления признаков банкротства могло давать должнику обязательные указания или иным образом определять его действия (ст. 61.10). Статус презюмируется у руководителя, у владельца 100% долей в обществе и у того, кто получил выгоду от недобросовестного поведения руководства (подп. 3 п. 4 ст. 61.10). Презумпция опровержима, но опровергать её приходится самому ответчику.
Оснований ответственности три:
Невозможность полностью рассчитаться с кредиторами из-за действий или бездействия контролирующего лица (ст. 61.11).
Неподача заявления о банкротстве в течение месяца с момента, когда оно стало обязательным (ст. 61.12).
Нарушение требований самого закона о банкротстве (ст. 61.13).
Первое основание самое тяжёлое по последствиям: размер ответственности определяется суммой непогашенных требований и может равняться всему реестру. Второе устроено мягче. Директор отвечает только по обязательствам, возникшим после того, как срок на подачу заявления истёк.
По ст. 61.11 действуют презумпции, которые чаще всего и решают дело. Предполагается, что полное погашение требований стало невозможным из-за контролирующего лица, если оно совершило или одобрило сделку (группу сделок), причинившую существенный вред кредиторам, либо если к моменту введения процедуры отсутствуют или искажены обязательные документы бухгалтерского учёта и отчётности. Пока ответчик не докажет обратное, суд исходит из его вины.
Для привлечения к субсидиарной ответственности недостаточно установить, что человек занимал должность директора или владел долей в обществе. Необходимо определить, мог ли он фактически влиять на решения должника, какие действия совершал и как они связаны с невозможностью рассчитаться с кредиторами.
Вместе с тем отсутствие формального статуса руководителя не исключает ответственности. Контролирующим лицом может быть признан участник общества, бенефициар, фактический руководитель или другое лицо, которое определяло действия должника посредством обязательных указаний, влияния на руководство либо иного фактического контроля.
В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2017 года № 53 в редакции от 23 декабря 2025 года последовательно проводится принцип: ответственность наступает не за сам факт банкротства, а за недобросовестное или неразумное поведение, которое привело к невозможности удовлетворить требования кредиторов.
Пункт 1 Постановления № 53 теперь прямо подчёркивает, что ведение бизнеса с присущим предпринимательству риском само по себе не является основанием для субсидиарной ответственности. Если компания потеряла рынок, лишилась ключевого заказчика, столкнулась с резким ростом издержек или иными объективными экономическими обстоятельствами, это ещё не доказывает вину директора.
Однако ссылка на предпринимательский риск не поможет, если финансовый кризис усугублялся выводом активов, предпочтительными платежами аффилированным лицам, сокрытием документов или продолжением убыточной деятельности при отсутствии реалистичного плана восстановления платёжеспособности.
Постановление Пленума ВС РФ № 53 в редакции от 23.12.2025
В банкротных спорах суд исследует не только сведения ЕГРЮЛ, но и реальное распределение управленческих функций. Значение могут иметь переписка, банковские полномочия, согласование платежей, распоряжения сотрудникам, переговоры с контрагентами, контроль над бухгалтерией и принятие решений о судьбе активов.
Если директор утверждает, что лишь подписывал документы по указанию собственника бизнеса, это не освобождает его автоматически. Необходимо установить, насколько самостоятельно он действовал, какие решения принимал, понимал ли их последствия и мог ли предотвратить причинение вреда кредиторам.
Обратная ситуация также возможна: формальный руководитель не принимал ключевых решений, тогда как фактическое управление осуществлял другой человек. Но для привлечения последнего к ответственности требуется доказать наличие контроля в юридически значимый период и предусмотренные законом основания ответственности.
Верховный Суд обращает внимание и на поведение номинального руководителя. Само по себе исполнение чужих указаний не гарантирует освобождения от ответственности.
В то же время раскрытие информации о фактическом контролирующем лице, содействие установлению обстоятельств банкротства и передача документов могут учитываться при определении последствий для номинального руководителя.
Первоначально заявитель должен обосновать требования: подтвердить наличие задолженности, статус ответчика как контролирующего лица и обстоятельства, свидетельствующие о наличии предусмотренного законом основания ответственности.
Но после установления обстоятельств, запускающих законодательные презумпции, бремя доказывания может существенно сместиться на ответчика. Например, если отсутствует обязательная документация должника или выявлены сделки, причинившие существенный вред кредиторам, руководителю необходимо представить убедительное объяснение происходившего и доказательства, опровергающие предполагаемую причинную связь.
При этом суд не должен механически приравнивать любой недостаток бухгалтерской документации к доказанной вине директора. Следует учитывать характер нарушения, его влияние на возможность проведения процедуры банкротства и наличие обстоятельств, позволяющих установить реальное финансовое положение общества.
Показателен Обзор судебной практики Верховного Суда РФ по спорам о субсидиарной ответственности контролирующих лиц недействующих юридических лиц от 19.11.2025.
В нём рассматриваются вопросы доказывания контроля, причин ответственности и последствий непередачи документов. Хотя обзор посвящён специальной категории споров, его выводы важны для оценки рисков руководителей ликвидированных и исключённых из ЕГРЮЛ компаний.
Практический вывод для директора прост: документы о финансовом состоянии общества, причинах ухудшения его положения и принятых антикризисных мерах необходимо сохранять. Если решение было экономически обоснованным на момент принятия, доказательства этого должны существовать не только в объяснениях руководителя, но и в документах компании.
По общему правилу статьи 61.11 Закона о банкротстве размер ответственности связан с непогашенными требованиями кредиторов. Но он не должен определяться исключительно арифметически, без исследования обстоятельств банкротства и предусмотренных законом оснований.
Верховный Суд разъяснил, что при определении размера ответственности необходимо учитывать состав непогашенных требований, в том числе текущие платежи и требования, заявленные после закрытия реестра, в пределах применимых правил закона. Соответствующие положения закреплены в пункте 26.1 Постановления № 53, введённом изменениями от 23 декабря 2025 года.
Если ответчик доказывает, что причинённый его действиями вред существенно меньше общего размера требований кредиторов, суд должен оценить эти обстоятельства при наличии предусмотренных законом условий для определения ответственности в меньшем размере. В частности, необходимо исследовать, какие последствия вызваны поведением конкретного лица и насколько они повлияли на невозможность расчётов.
Для директора это означает, что защита должна включать не только отрицание вины, но и анализ причинно-следственной связи и размера требований. Даже если спор о самом основании ответственности сложен, обоснованные возражения против расчёта суммы могут иметь самостоятельное значение.
Передача недвижимости супругу, дарение квартиры ребёнку, продажа доли в компании родственнику или перечисление средств подконтрольной организации могут стать предметом отдельного спора в деле о банкротстве.
При этом родство само по себе не делает сделку незаконной. Закон не запрещает предпринимателю продавать имущество членам семьи, дарить им личные вещи или менять режим собственности супругов. Однако при наличии признаков неплатёжеспособности подобные операции будут оцениваться с учётом их экономического смысла, условий, времени совершения и последствий для кредиторов.
Основные специальные основания оспаривания предусмотрены статьёй 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».
По пункту 1 статьи 61.2 сделка может быть признана недействительной, если встречное исполнение другой стороны существенно неравноценно исполнению должника.
Например, компания продаёт недвижимость значительно дешевле рыночной стоимости или передаёт актив по цене, которая не соответствует состоянию объекта и условиям сопоставимых сделок.
Для этого основания установлен специальный период: один год до принятия заявления о признании должника банкротом и после его принятия.
Суд оценивает условия сделки на момент её совершения. Само по себе последующее падение стоимости имущества не доказывает неравноценность, как и формальное наличие договора купли-продажи не подтверждает, что должник действительно получил оплату.
Важны платёжные документы, рыночная оценка, движение денег после сделки, фактическая передача имущества и дальнейшее распоряжение им.
Пункт 2 статьи 61.2 предусматривает возможность оспаривания сделки, совершённой с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если выполнены установленные законом условия.
Период подозрительности здесь составляет три года до принятия заявления о банкротстве, а также время после его принятия. Для признания сделки недействительной требуется установить предусмотренную законом совокупность обстоятельств: цель причинения вреда, сам вред и знание другой стороны о такой цели либо наличие обстоятельств, при которых соответствующее знание предполагается.
Цель причинения вреда может презюмироваться, если должник отвечал признакам неплатёжеспособности или недостаточности имущества и одновременно имелись дополнительные обстоятельства, перечисленные в законе. К ним, в частности, относятся безвозмездное отчуждение имущества, совершение сделки с заинтересованным лицом или передача имущества при наличии других установленных законом признаков.
Презумпции имеют принципиальное значение: они позволяют суду сделать вывод о недобросовестной цели на основании совокупности установленных обстоятельств, но не отменяют необходимости исследовать конкретную сделку.
Основные критерии подробно раскрыты в Постановлении Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, которое применяется в части, не противоречащей действующему законодательству и последующим разъяснениям Верховного Суда.
При сделке между независимыми участниками оборота условия обычно объясняются коммерческими интересами сторон. В отношениях между родственниками суд дополнительно оценивает, имелись ли у приобретателя реальные финансовые возможности, соответствовала ли цена рынку, поступили ли деньги продавцу и кто фактически продолжил пользоваться активом.
Например, директор продаёт супруге коммерческое помещение по рыночной цене, получает оплату со счёта покупателя и использует средства для расчётов с кредиторами. Такая сделка требует оценки, но родство сторон не делает её автоматически подозрительной.
Иная картина возникает, если помещение передано супруге без оплаты на фоне просроченных долгов, должник продолжает пользоваться объектом как прежде, а документы о передаче и расчётах отсутствуют. Подобные обстоятельства могут свидетельствовать о попытке вывести актив из-под взыскания.
Особое значение имеет реальное исполнение договора. Если в документах указана продажа, но деньги фактически не поступили, сделка может оказаться не просто экономически невыгодной, а частью схемы, направленной на уменьшение имущественной базы должника.
Следует учитывать и статью 61.5 Закона о банкротстве: в предусмотренных ею случаях оспаривание сделки возможно и в отношении наследников или иных универсальных правопреемников лица, в интересах которого она совершена. Поэтому переход имущества к следующему владельцу не всегда исключает возможность его возврата в конкурсную массу.
Оспаривание сделки и привлечение директора к субсидиарной ответственности — самостоятельные правовые механизмы. Они могут применяться одновременно, но имеют разные основания и последствия.
Признание сделки недействительной может повлечь возврат имущества или взыскание его стоимости. Если же действия контролирующего лица привели к невозможности полного погашения требований кредиторов, дополнительно может рассматриваться вопрос о субсидиарной ответственности по статье 61.11.
Поэтому возврат одного актива не всегда устраняет риск привлечения к ответственности. Суд оценивает, восстановлены ли имущественные права кредиторов и какое влияние поведение ответчика оказало на финансовое положение должника.
Если в деле фигурируют сделки с родственниками, защита должна строиться на документах, подтверждающих действительный характер сделки, рыночность условий, реальность расчётов и отсутствие намерения причинить вред кредиторам.
Брачный договор — законный инструмент определения имущественного режима супругов. Он позволяет установить раздельную, долевую или совместную собственность на предусмотренное договором имущество и изменить общие правила, действующие по Семейному кодексу РФ.
Однако брачный договор не является способом автоматически вывести имущество из-под взыскания. Если договор заключён тогда, когда у одного из супругов уже имеются обязательства перед кредиторами, изменение режима собственности может не иметь для них ожидаемого правового эффекта.
В этой части особенно важен Обзор судебной практики по делам о банкротстве граждан, утверждённый Президиумом Верховного Суда РФ 18 июня 2025 года.
В разделе об имущественном положении супругов Верховный Суд указал: если обязательство перед кредитором возникло до заключения брачного договора, кредитор в предусмотренных законом обстоятельствах не связан изменением режима имущества супругов. При этом имеет значение наличие самого обязательства, а не только наступление срока его исполнения.
Обзор судебной практики по делам о банкротстве граждан от 18.06.2025
Предположим, директор и его супруга приобрели квартиру в период брака. Затем компания столкнулась с серьёзными финансовыми трудностями, появились просроченные обязательства и претензии кредиторов. После этого супруги заключили брачный договор, по которому квартира стала личной собственностью супруги.
Само по себе заключение договора не означает, что он автоматически недействителен. Но если обязательства перед кредиторами существовали до изменения имущественного режима, кредитор может ссылаться на нормы семейного законодательства и правила банкротства, доказывая, что его права не должны ухудшаться вследствие такого изменения.
Особенно высоки риски, если брачный договор сопровождается фактической передачей основных активов супругу, который не участвовал в их приобретении, а должник после этого лишается имущества, необходимого для расчётов.
Суд оценивает не только текст договора, но и обстоятельства его заключения, имущественное положение сторон, наличие обязательств, добросовестность поведения и последствия для кредиторов.
Да. Необходимо различать личную собственность супруга и совместно нажитое имущество.
По общему правилу статьи 36 Семейного кодекса РФ имущество, принадлежавшее супругу до брака, а также полученное им в дар или по наследству, является его личной собственностью. Сам факт брака с директором, в отношении которого заявлено требование о субсидиарной ответственности, не превращает такое имущество в собственность должника.
Но в споре необходимо подтвердить происхождение актива, дату приобретения, источник средств и отсутствие оснований для применения специальных правил об оспаривании сделки или взыскании имущества.
Если личное имущество супруга было приобретено на средства должника, передано ему по подозрительной сделке либо использовалось для сокрытия активов, оценка может быть иной. Формальная регистрация права на имя супруга не является безусловной защитой.
При банкротстве гражданина действует специальный порядок обращения взыскания на общее имущество супругов и определения долей. В соответствующих случаях в конкурсную массу может включаться имущество, на которое распространяются права должника, с последующим учётом прав второго супруга и правил распределения выручки.
Важен и пункт 1 статьи 46 Семейного кодекса РФ: супруг обязан уведомлять своих кредиторов о заключении, изменении или расторжении брачного договора. При невыполнении предусмотренных законом требований должник не вправе ссылаться на содержание договора в отношениях с неуведомлённым кредитором в установленном законом объёме.
Следовательно, брачный договор следует рассматривать как инструмент планирования семейных имущественных отношений, а не как способ нейтрализовать уже возникшие требования кредиторов.
Если требуется определить режим собственности, оценить риски раздела имущества или проверить брачный договор с учётом интересов кредиторов, необходимо учитывать семейно-правовые основания и практику банкротных споров.
Соответствующие вопросы наследования и имущественных прав супругов раскрываются в материалах семейного адвоката.
Риск для личного имущества возникает не только после вынесения решения о субсидиарной ответственности. В ходе дела суд может принять обеспечительные меры, направленные на сохранение имущества и предотвращение затруднений при исполнении будущего судебного акта.
В зависимости от обстоятельств суд может запретить отчуждение определённых объектов, наложить арест на имущество или денежные средства, установить иные ограничения в пределах, необходимых для обеспечения требований заявителя.
Такие меры не означают, что ответственность уже доказана. Их назначение — сохранить фактическую возможность исполнения будущего решения. Но для собственника последствия могут быть значительными: продажа недвижимости, распоряжение долей в обществе или использование средств на счетах становятся ограниченными.
При рассмотрении ходатайства суд проверяет связь запрашиваемой меры с предметом спора, её соразмерность заявленным требованиям и риск того, что без ограничения исполнение судебного акта будет затруднено или станет невозможным.
Само по себе предъявление заявления о субсидиарной ответственности не должно автоматически приводить к блокированию всего имущества ответчика. В ходатайстве необходимо обосновать, почему конкретная мера нужна для защиты интересов кредиторов.
Ответчик, в свою очередь, может представить возражения, показать несоразмерность ограничения, подтвердить отсутствие риска отчуждения имущества или предложить иной способ обеспечения требований, если он допускается законом и отвечает целям судебной защиты.
Если арестованы активы, не принадлежащие должнику или ответчику, либо ограничения явно выходят за пределы необходимого, следует отдельно анализировать процессуальные способы защиты собственника.
Вопрос о сроках регулируется статьёй 61.14 Закона о банкротстве и разъяснениями Постановления Пленума ВС РФ № 53.
Для требований о привлечении к субсидиарной ответственности закон устанавливает специальные сроки, исчисляемые с учётом момента, когда управомоченное лицо узнало или должно было узнать о наличии оснований для предъявления требования.
При этом действуют объективные предельные сроки.
Пункты 58–59 Постановления № 53 разъясняют, что применяются специальные сроки исковой давности, которые, в частности, ограничены тремя годами со дня признания должника банкротом, прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата заявления уполномоченному органу в предусмотренных законом случаях, а также десятью годами со дня совершения противоправных действий или бездействия.
Начало течения срока не всегда совпадает с датой банкротства, предъявления первого иска к компании или вынесения решения о взыскании задолженности. Существенное значение имеет момент, когда лицо, обладающее правом на обращение в суд, узнало или должно было узнать совокупность обстоятельств, необходимых для предъявления требования.
Исковая давность применяется судом по заявлению стороны спора. Поэтому ответчику необходимо своевременно заявить о её применении и обосновать расчёт срока, а не рассчитывать, что суд обязательно учтёт его по собственной инициативе.
Разъяснения Верховного Суда РФ об исковой давности по требованиям о субсидиарной ответственности
Сроки по требованиям о субсидиарной ответственности нельзя смешивать со сроками оспаривания сделок. Для заявлений о признании подозрительных сделок недействительными действуют отдельные правила, в том числе годичный срок исковой давности, предусмотренный пунктом 2 статьи 181 ГК РФ и разъяснениями Постановления Пленума ВАС РФ № 63.
Таким образом, при получении претензии или заявления о субсидиарной ответственности нужно одновременно оценивать материальные основания требований, доказательства контроля, размер предполагаемого вреда, сроки давности и наличие обеспечительных мер.
Защита личного имущества начинается задолго до появления заявления о субсидиарной ответственности. Наиболее эффективны не срочные переоформления активов после возникновения долгов, а прозрачная структура владения, документированное управление компанией и своевременное реагирование на финансовые трудности.
Директору и собственнику следует избегать необоснованного использования денег компании для личных расходов и наоборот. Платежи между обществом и участниками должны иметь понятное правовое основание, подтверждаться документами и соответствовать действительным экономическим отношениям.
Займы, дивиденды, выплаты вознаграждения, сделки с участниками и родственниками должны оформляться надлежащим образом. При наличии финансовых затруднений особое значение имеет проверка того, не ухудшают ли такие операции положение кредиторов и не создают ли необоснованного предпочтения отдельным лицам.
Если компания столкнулась с падением выручки, утратой ключевого контракта, резким ростом затрат или другими объективными проблемами, руководителю необходимо фиксировать причины кризиса и меры, которые принимались для его преодоления.
Полезны протоколы органов управления, финансовые модели, отчёты о движении денежных средств, переписка с банками и контрагентами, документы о переговорах по реструктуризации долга и обоснование значимых хозяйственных решений.
Такие документы не гарантируют освобождения от ответственности, но позволяют показать, что решения принимались добросовестно и разумно, а ухудшение положения компании было обусловлено объективными факторами, а не выводом активов или игнорированием интересов кредиторов.
При наличии обстоятельств, предусмотренных статьёй 9 Закона о банкротстве, руководитель обязан своевременно оценить необходимость подачи заявления о банкротстве. Для отдельных оснований статья предусматривает месячный срок с момента возникновения соответствующих обстоятельств.
Продолжение деятельности в условиях устойчивой неплатёжеспособности без реалистичного плана восстановления может увеличить размер обязательств и создать основания для ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве.
Важно не только определить дату возникновения обязанности подать заявление, но и документально установить, какие меры предпринимались, какие перспективы восстановления платёжеспособности существовали и почему руководитель принимал конкретные решения.
До продажи имущества родственнику, заключения брачного договора, выплаты займа участнику или передачи актива другой компании необходимо оценить экономический смысл операции и её последствия для кредиторов.
Если сделка совершается на фоне просроченных обязательств, важно иметь документы о рыночности условий, реальности расчётов и деловой цели. При этом нельзя считать, что оценочный отчёт или формальный договор сами по себе исключают оспаривание: суд исследует фактические обстоятельства в совокупности.
Не следует переоформлять имущество на родственников исключительно для того, чтобы исключить его из-под взыскания, оформлять фиктивные договоры купли-продажи, создавать задним числом документы, скрывать бухгалтерскую документацию или выводить средства через цепочку подконтрольных организаций.
Такие действия способны не только привести к оспариванию сделок, но и стать доказательствами недобросовестного поведения контролирующего лица. В зависимости от обстоятельств они могут повлечь дополнительные гражданско-правовые, административные или уголовно-правовые риски.
Законная защита личных активов строится на подтверждении самостоятельного права собственности, реальности хозяйственных операций, добросовестности управления и соблюдении прав кредиторов.
Если уже предъявлено требование о субсидиарной ответственности, необходимо анализировать материалы дела, основания привлечения, доказательства фактического контроля и причинную связь между действиями руководителя и банкротством. Отдельного внимания требуют сделки, которые кредиторы или управляющий пытаются оспорить.
Практические вопросы защиты от субсидиарной ответственности и оспаривания сделок рассматриваются на сайте арбитражного адвоката и в материале об оспаривании сделок.
Субсидиарная ответственность директора не наступает автоматически вследствие банкротства компании. Для её применения необходимо установить предусмотренное законом основание, определить роль ответчика в управлении должником и оценить связь его поведения с невозможностью рассчитаться с кредиторами.
При этом защита не должна ограничиваться ссылкой на отсутствие формального статуса собственника или на то, что имущество зарегистрировано на супруга. Суд исследует действительное происхождение активов, условия сделок, источники финансирования и обстоятельства изменения имущественного режима.
Брачный договор, раздел имущества и сделки с родственниками являются законными инструментами, если используются добросовестно и не направлены на причинение вреда кредиторам. Но они не обеспечивают безусловной защиты от взыскания по уже возникшим обязательствам и могут быть предметом судебной проверки.
Наиболее надёжная стратегия — своевременно реагировать на признаки финансового кризиса, сохранять документы, проверять сделки с аффилированными лицами и оценивать риски до совершения юридически значимых действий. Если спор уже начался, необходимо отдельно анализировать основания ответственности, размер требований, сроки исковой давности и обеспечительные меры.
В таких делах защита личных активов зависит не от формального переоформления собственности, а от того, можно ли документально подтвердить законность происхождения имущества, добросовестность поведения и отсутствие предусмотренных законом оснований для взыскания.
Оставьте свои контакты, и мы свяжемся с вами для консультации